Законы варенья (Nin-Shar Jul et Mad)

Для приготовления варенья необходимо отбирать именно розовые сорта роз, в идеале – центифольные. Чем свежее розы, тем красивее и душистее будет готовое варенье. Бутоны должны быть упругими, полураскрывшимися и очень ароматными. Срезать розы надо непременно ранним утром, вскоре после восхода, когда цветки полноценно напитаны влагой и эфирными маслами. Сахарный сироп варить следует на воде, в которой до этого уже хорошенько протомились лепестки. Для сохранности яркого цвета в варенье рекомендуется осторожно влить сок бергамота, для сладких мечтаний добавить содержимое трех стручков таитянской ванили, для успокоенья мыслей – индийской пачульной эссенции, для томного настроения – густомахровый чубушник Лемуана, для неги и расслабления – несколько звездочек бадьяна, для отпугивания горьких воспоминаний – горсть сушеной полыни. После приготовления остудить, разложить по прогретым июльским солнцем стеклянным банкам и затянуть амарантовым бархатом. Хранить в чулане, применять по необходимости.

Nin-Shar Jul et Mad: год запуска – 2015, парфюмер – Sidonie Lancesseur.

В заброшенном саду (Voleur de Roses L`Artisan Parfumeur)

В заброшенном саду распускались розы на кустах. Когда-то они были гордостью хозяйки: пышное цветочное кружево встречало каждого гостя у порога дома, и мало кто удерживался от соблазна наклониться и вдохнуть их драгоценный аромат, познав на краткий миг все совершенство мира. Но дом опустел, и городские наследники, мало интересуясь недвижимостью в деревне, повесили на кованые ворота тяжелый замок, а входную дверь забили доской. Розы вскоре одичали, ветки хаотично торчали то тут, то там, кусты потеряли округлую форму, а садовая плитка, разделяющая их, проросла сорняками, и в свете луны травинки отливали серебром. Слетались светлячки на розовые кусты, иногда мимо пробегали мышки, доедавшие в подвале забытые мешки с крупой и горохом. Под порогом собачка-потеряшка как-то вывела щенков. Сад жил своей жизнью, падали тяжелые забродившие соками груши и сливы, и на фруктовый пир собирались  птицы, кроты перерыли огород с шалфеем и базиликом. Но когда расцветали розы – начиналось настоящее волшебство: густой маслянистый аромат облаком окутывал сад и, казалось, сам дряхлеющий дом оживал и начинал поскрипывать досками, хрустеть разогревшейся на солнце черепицей, вспоминая веселые денечки, когда внутри пахло пирогами и смеялись дети. Каждая чашечка розы гудела и дрожала от сосредоточенно орудующего внутри шмеля или пчелы, бабочки и стрекозы как завороженные кружили вокруг, а в полнолуние  над цветами танцевали эльфы. Лениво тянулось летнее время, но день за днем лепестки роз тяжелели, их головки склонялись вниз, и уже тут и там сквозь увядающие лепестки проглядывала буро-зеленая завязь, засыхали чашелистники, шипы ржавели и смягчались на кончиках. Розы издавали тонкий и прохладный аромат, в котором уже не было упоительной сладости, а была странная влажная горечь, от которого у чувствительного человека  саднило бы в горле, и жизни им оставалось – до первого ливня.

Громыхало над лесом с самого полудня, темные тучи собирались над маленькой деревушкой неподалеку от Пуатье. Тяжелые медленные капли падали с неба, постепенно усиливая ритм, они стучали звонко по крыше и глухо разбивались о ветки и листья, сад шелестел и трясся, будто бы в ознобе. Сбитые со всяческих  поверхностей пыльца и пыль носились в воздухе. Вдруг сильный порыв ветра ударил  по розовым кустам так, что они нагнулись чуть ни в половину, и сорвал с цветков последние нежные лепестки, капли дождя вколотили их в почву, ставшую рыхлой и черной от влаги. После грозы, слабый, будто писк новорожденного мышонка, аромат поднимался из-под земли, но это даже был уже не запах роз, а лишь воспоминание о нем.

Voleur de Roses L’Artisan Parfumeur: год запуска  – 1993, парфюмер – Michel Almairac.

Что-то хорошее (Armani Mania Giorgio Armani)

Есть незамысловатые моменты жизни, которые сохраняются в памяти надолго, подобно звездному следу в черном космосе. Их сила с годами растет, и они подергивается радужной дымкой, все дальше удаляясь от реальности. Ну и что тут было особенного? Февральская лютая стужа десятилетней давности, а ты уже выбежала из подъезда, в нетерпении бросив застегивать тугие крючки на лисьей шубке. Длинный шарф накинут кое-как, ноги щупает мороз сквозь тонкие колготки. Он же только подъезжает, осторожно выворачивая по мерзлой дороге из-за угла длинного дома, еще целых 25 или 30 секунд до тех пор, как можно будет укрыться в теплом велюровом нутре автомобиля, где играет тихо джаз, и руки тянутся обнять. Медленно подплывают фары, щеки стынут, на губах — восковая от холода помада и тихая улыбка, и не спрятать ее никак, не убрать, а вокруг золотистой аурой дрожит аромат, сладчайший, простой и горячий, пульсируя в такт сердечному ритму, и в нем есть все — лакированный паркет под босыми ногами, будущие летние аллеи, первый сваренный суп, обойный клей в эмалированном ведре, рассыпавшаяся в сумке пудра и электричество серьезной ссоры и розы в мокрой крафтовой бумаге и плоский мир после его ухода. И год за годом утекает, каруселью кружатся лица вокруг, то приближаясь, то растворяясь во времени, но каждый раз в одно мгновенье под крышкой оживает и свет слепящих фар и звездный след на небе.

Armani Mania Giorgio Armani: год запуска – 2004, парфюмер – Dominique Ropion.